Эпитафия...
Русдомовцам всех стран посвящается...

Русский Дом подарил мне американскую жизнь. Он вывел меня в люди, избавил от Брюклина, познакомил с лучшим американским городом и с лучшими американскими (и не совсем американскими) людьми. Четыре года своей бьющей ключом юности я провёл здесь, и пусть первым бросит в меня камень тот, кто скажет, что на свете есть место где мои "лучшие дни" прошли бы еще лучше.



Ночи напролёт счастливые безпечные "фрешменята" пели и пили в "lounge" второго этажа, куда строители на наше счастье забыли поставить лифт. Наши старшие братья учили нас уму-разому. У каждого из них были свои идеалы и свой темперамент. Снеговик на крыше, Пурим-шпиль, соревнование по сюмо, целых три песни именни меня - всё это детища русского дома, которые, по-видимому, теперь уже никогда не забудут благодарные потомки. А чего стоят лыжные походы, вылазки на КСП, куда по старой традиции мы зачем-то привозили гитары..., ежедневные обеды, которые снабжали нас отнюдь не только пищей физической, и, конечно же, спантанные тусовки, начинающиеся с бутылки красного, и заканчивающиеся философскими дискуссиями и умеренным развратом. Повзраслев, но отнюдь не постарев (впрочем, даже и не повзраслев), прошлогодние детишки сами превращались в "big brothers", и передавали эстафетную палочку культурного безобразия новоиспечённым русдомовцам.

Но как часто бывает в сказках, последняя страница подкралась незаметно. "И я там был, мёд-пиво пил..." (Больше пиво, чем мёд, но это уже детали). РусДом закрывается. "Теперь меня там нет. Означенной пропаже..." Впрочем нет, никто ничему не удивляется. Нет там не только меня. Ненатуральная блондинка умотала в Калифорнию, Т.В. по еще московской привычке поехала на юго-запад, девушка с библейским именем подалась в университет, где почти все носят библейские имена. Мои дорогие roomate-ы углубились в изучение математики, любитель лягушек занялся вытягиванием Микки Мауса. Даже преподавательница русского языка всё реже появляется у наших (всё еще наших) дверей, не говоря уже о ее ассистенте, стало быть тоже преподователе русского языка, а точнее русской культуры, который и вовсе смотался на Родину. Лишь чудо на мохнатых ногах, которое первым зашло на наш красно-желтый корабль, как и подобает настоящим капитанам, покинет судно последним.

Русский Дом is no more. Об этом думать странно. Привыкнуть к этому сложно. И всё же, это так. Ни French Connection, ни маленький маторчик, называющий себя Ж-Ж, ни звезда физкультурного зала и загрузных мыслей в живом журнале - даже они не в силах спасти наш маленький домик. Так выпьем же, друзья мои, за наш маленький уютный мирок, где прошло наше детство, отрочество и юность, выпьем за упокой и реинкарнацию его безвременно ушедшей души, и не забудем помянуть добрым словом его родителей (tutor-ов), которым пришлось наблюдать его медленное угасание.
Руссдомовцы всех стран - соединяйтесь! До новых встреч!

Кто здесь не бывал, кто нас не видал,
Кто сам это всё не испытал -
Что б им объяснить подходящих слов не найти.
И если хотите вы это понять
Мы будем рады в гостях вас принять
Добро пожаловать в Русский Дом MIT.